Особенности репродуктивного здоровья и метаболического профиля девушек-подростков, рожденных у матерей с преэклампсией

Введение. Отягощенное течение беременности и родов представляет угрозу не только для здоровья матери, но и для потомства в последующие периоды жизни. Преэклампсия (ПЭ) оказывает долгосрочное влияние на развитие детей, повышая риск формирования метаболических и эндокринных нарушений. Однако количество работ, посвященных изучению воздействия ПЭ на репродуктивное здоровье девушек-подростков, ограничено, а имеющиеся данные противоречивы, что определяет актуальность настоящего исследования.

Цель: оценить репродуктивное здоровье и метаболический профиль девушек-подростков в зависимости от наличия ПЭ во время беременности и родов матери.

Материалы и методы. Проведено амбиспективное когортное исследование, проанализированы 1706 историй родов пациенток, родивших девочек в 2006, 2007 и 2008 гг. Из них были отобраны 184 девушки-подростка, соответствовавшие критериям включения: одноплодная доношенная самопроизвольно наступившая беременность, наличие/отсутствие ПЭ у матери, рождение живыми доношенными девочками в 2006–2008 гг. Участницы были разделены на 2 группы: основную группу составили 128 девушек, матери которых перенесли ПЭ умеренной или тяжелой степени, контрольную группу – 56 девушек, чьи матери имели физиологическое течение беременности и родов. Проведен ретроспективный анализ историй родов и проспективное обследование девушек-подростков, включавшее антропометрию с расчетом показателя стандартного отклонения (англ. standard deviation score, SDS) индекса массы тела (ИМТ), оценку менструальной и репродуктивной функций, гормональное исследование, ультразвуковую диагностику органов малого таза и молочных желез.

Результаты. В основной группе выявлена более высокая частота болезненных менструаций (p = 0,027) и более раннего наступления менархе (p = 0,001) по сравнению с контрольной группой; при этом значимых различий в регулярности менструального цикла, обильности кровопотери и длительности становления цикла между группами не выявлено (p > 0,05). При оценке физического развития установлены статистически значимые различия в распределении категорий индекса массы тела (p = 0,031): в основной группе чаще регистрировались как дефицит массы тела (20,3 % против 7,1 % в контроле), так и ожирение (8,8 % против 3,6 % в контроле), включая тяжелые формы (III степень и морбидное ожирение), которые в контрольной группе отсутствовали. Среди девочек основной группы значительно чаще наблюдалась задержка роста плода (ЗРП) – 26,6 % против 0,0 % в контроле (p < 0,001), а масса и длина тела при рождении были значительно ниже (p = 0,002 и p < 0,001 соответственно). Обращает на себя внимание тенденция к более высокой частоте незавершенного становления менструального цикла (14,1 % против 10,7 %) и длительности его установления более 3 лет (4,7 % против 0,0 %) в основной группе, однако эти различия не были статистически значимыми (p = 0,176).

Заключение. Беременность матери, осложненная ПЭ, ассоциирована с изменениями репродуктивного здоровья и метаболического профиля у дочери в подростковом возрасте. У девушек, рожденных от матерей с ПЭ, статистически значимо чаще встречается первичная дисменорея, отмечается более раннее наступление менархе, а также наблюдаются отклонения физического развития в виде бимодального распределения категорий ИМТ (одновременное увеличение частоты дефицита массы тела и ожирения). Полученные результаты указывают на высокий риск развития нарушений менструальной функции и метаболических нарушений у девушек-подростков, рожденных от матерей с ПЭ. Это подтверждает необходимость их диспансерного наблюдения детским гинекологом и разработки персонализированных программ ранней профилактики.

1. Gestational Hypertension and Preeclampsia: ACOG Practice Bulletin, Number 222. American College of Obstetricians and Gynecologists. Obstet Gynecol. 2020;135(6):e237–e260. https://doi.org/10.1097/AOG.0000000000003891.

2. Клинические рекомендации – Преэклампсия. Эклампсия. Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, в родах и послеродовом периоде – 2024-2025-2026 (05.09.2024). М.: Министерство здравоохранения Российской Федерации, 2024. 53 с. Режим доступа: https://cr.minzdrav.gov.ru/view-cr/637_2. [Дата обращения: 10.03.2026].

3. Fox R., Kitt J., Leeson P. et al. Preeclampsia: risk factors, diagnosis, management, and the cardiovascular impact on the offspring. J Clin Med. 2019;8(10):1625. https://doi.org/10.3390/jcm8101625.

4. Bi S., Zhang L., Huang L. et al. Long-term effects of preeclampsia on metabolic and biochemical outcomes in offspring: What can be expected from a meta-analysis? Obes Rev. 2022;23(5):e13411. https://doi.org/10.1111/obr.13411.

5. Koulouraki S., Paschos V., Pervanidou P. et al. Short- and long-term outcomes of preeclampsia in offspring: review of the literature. Children (Basel). 2023;10(5):826. https://doi.org/10.3390/children10050826.

6. Сергеев О.В., Никитин А.И. Концепции первопричин здоровья и болезней на ранних периодах развития (DOHaD) и отцовских первопричин, передаваемых следующим поколениям (POHaD). Акушерство, Гинекология и Репродукция. 2019;13(4):326–36. https://doi.org/10.17749/2313-7347.2019.13.4.326-336.

7. Barker D.J., Gluckman P.D., Godfrey K.M. et al. Fetal nutrition and cardiovascular disease in adult life. Lancet. 1993;341(8850):938–41. https://doi.org/10.1016/0140-6736(93)91224-a.

8. Елгина С.И., Никулина Е.Н. «Перинатальный след» в репродуктивной системе у девушек-подростков, рожденных недоношенными. МиД. 2018;19(2):26–31. Режим доступа: https://mednauki.ru/index.php/MD/article/view/228. [Дата обращения: 10.04.2026].

9. Pinheiro T.V., Brunetto S., Ramos J.G. et al. Hypertensive disorders during pregnancy and health outcomes in the offspring: a systematic review. J Dev Orig Health Dis. 2016;7(4):391–407. https://doi.org/10.1017/S2040174416000209.

10. Barron A., McCarthy C.M., O'Keeffe G.W. Preeclampsia and neurodevelopmental outcomes: potential pathogenic roles for inflammation and oxidative stress? Mol Neurobiol. 2021;58(6):2734–56. https://doi.org/10.1007/s12035-021-02290-4.

11. Davis E.F., Lazdam M., Lewandowski A.J. et al. Cardiovascular risk factors in children and young adults born to preeclamptic pregnancies: a systematic review. Pediatrics. 2012;129(6):e1552–e1561. https://doi.org/10.1542/peds.2011-3093.

12. Andraweera P.H., Lassi Z.S. Cardiovascular risk factors in offspring of preeclamptic pregnancies-systematic review and meta-analysis. J Pediatr. 2019;208:104–113.e6. https://doi.org/10.1016/j.jpeds.2018.12.008.

13. Yang S.-W., Oh M.-J., Park K.-V. et al. Risk of early Childhood obesity in offspring of women with preeclampsia: a population-based study. J Clin Med. 2021;10(16):3758. https://doi.org/10.3390/jcm10163758.

14. Малышкина А.И., Батрак Н.В., Фомина М.М. и др. Репродуктивное здоровье девочек-подростков, рожденных недоношенными: новые возможности прогнозирования. Гинекология. 2022;24(3):193–7. https://doi.org/10.26442/20795696.2022.3.201552.

15. Alsnes I.V., Janszky I., Åsvold B.O. et al. Maternal preeclampsia and androgens in the offspring around puberty: a follow-up study. PLoS One. 2016;11(12):e0167714. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0167714.

16. Ogland B., Nilsen S.T., Forman M.R. et al. Pubertal development in daughters of women with pre-eclampsia. Arch Dis Child. 2011;96(8):740–3. https://doi.org/10.1136/adc.2009.178434.

17. Vatten L.J., Romundstad P.R., Holmen T. L. et al. Intrauterine exposure to preeclampsia and adolescent blood pressure, body size, and age at menarche in female offspring. Obstet Gynecol. 2003;101(3):529–33. https://doi.org/10.1016/s0029-7844(02)02718-7.

18. Елесина И.Г. Особенности нейроэндокринной регуляции менструальной функции у девушек-подростков с олигоменореей: Автореф дис. ... канд. мед. наук. Волгоград, 2017. 25 с.

19. Сибирская Е.В., Адамян Л.В., Логинова О.Н. и др. Генетические аспекты маточных кровотечений пубертатного периода. Проблемы репродукции. 2016;22(5):86–92. https://doi.org/10.17116/repro201622586-92.

20. D'Aloisio A.A., DeRoo L.A., Baird D.D. et al. Prenatal and infant exposures and age at menarche. Epidemiology. 2013;24(2):277–84. https://doi.org/10.1097/EDE.0b013e31828062b7.

21. Ros H.S., Lichtenstein P., Ekbom A. et al. Tall or short? Twenty years after preeclampsia exposure in utero: comparisons of final height, body mass index, waist-to-hip ratio, and age at menarche among women, exposed and unexposed to preeclampsia during fetal life. Pediatr Res. 2001;49(6):763–9. https://doi.org/10.1203/00006450-200106000-00008.

22. Тихонова Т.С., Сибирская Е.В., Богачева А.А., Смолик Л.Ю. Соматическое здоровье женщин с преэклампсией в анамнезе, родивших девочек. Акушерство, Гинекология и Репродукция. 2026;20(1):82–90. https://doi.org/10.17749/2313-7347/ob.gyn.rep.2026.713.

23. Тихонова Т.С., Сибирская Е.В. Клинико-анамнестическая модель прогнозирования нарушений менструального цикла девушек-подростков, рожденных у матерей с преэклампсией: программа для ЭВМ. Свидетельство о государственной регистрации программы для ЭВМ № 2025693585 от 01.12.2025.

24. Varley B.J., Henry A., Roberts L. et al. Intrauterine exposure to preeclampsia does not impair vascular health in children. Front Public Health. 2022;10:1071304. https://doi.org/10.3389/fpubh.2022.1071304.

25. Ogland B., Vatten L.J., Romundstad P.R. et al. Pubertal anthropometry in sons and daughters of women with preeclamptic or normotensive pregnancies. Arch Dis Child. 2009;94(11):855–9. https://doi.org/10.1136/adc.2008.150870.

26. Lunddorf L.L.H., Brix N., Ernst A. et al. Hypertensive disorders in pregnancy and timing of pubertal development in daughters and sons. Hum Reprod. 2020;35(9):2124–33. https://doi.org/10.1093/humrep/deaa147.

27. Клинические рекомендации – Недостаточный рост плода, требующий предоставления медицинской помощи матери (задержка роста плода) – 2025 (21.11.2025). М.: Министерство здравоохранения Российской Федерации, 2025. 69 с. Режим доступа: https://cr.minzdrav.gov.ru/view-cr/722_2. [Дата обращения: 10.03.2026].